положа руку на сердце

Читайте «Кошкин дом»…

– Баба, смотри, что я нашёл! – к Ирине Николаевне подбежал раскрасневшийся внучок Стёпа. Глаза его горели, он запыхался – ещё бы, такое приключение!

Дедушка попросил его прибрать в полуподвальном помещении их дачного домика, то таинственное место, куда Стёпку тянуло с неудержимой силой, но вход в эту «пыль и хлам» доселе был ему строго воспрещён. А сейчас он копался в большой коробке с игрушками, выбрасывая сломанные, а крепкие оставляя для игры. У Стёпки разбегались глаза. В пять лет немного нужно, чтобы удивиться и обрадоваться…

– Ух ты! Солдатики! Большие и маленькие! – Стёпе не терпелось разделить свою радость с другими, и он носился от подвала к кухне, где хлопотала бабушка. – А ещё тут пушка и деревья, а вот эти маленькие шарики – пулять во врагов, я знаю!

И увлечённо расставлял найденный взвод на перилах веранды:

– Баба, я вечером позову Сашу к нам играть, и Артёма, ладно?

– Конечно! – улыбнулась бабушка, радуясь воодушевлению внука.

Как всякая бабушка, она счастлива, что внучок рядом, гуляет на свежем воздухе, забавляется старыми добрыми игрушками, забыв на время про «царь-телефон». Разумеется, в силу возраста, у Стёпушки пока нет личного гаджета, однако телефоны, чтобы «поиграть», у бабы и деды он выцыганивал периодически, несмотря на их решимость сопротивляться до последнего.

– А это что за шарики, баба? – Стёпка протягивал ей два небольших шарика и один побольше – блестящие, никелированные (Ирина Николаевна с трудом вспомнила последнее слово) с дырочкой посередине: шарики от старой кровати с панцирной сеткой…

– Это тоже пулять во врагов, да? – озабоченно спросил внучек, ожидая ответа, но бабушка Ира медлила.

Ирина Николаевна словно очнулась, вынырнув из воспоминаний, вдруг нахлынувших на неё.

– Нет, Стёпушка, это не снаряды, – улыбнулась она внуку. – Их прикручивали на кровати. Такие большие, железные кровати… Дай мне их, малыш, хорошо? А то, и вправду, бросишь в кого-нибудь и разобьёшь лоб или стекло в доме. Они же тяжёлые…

Стёпка опять переместился корпеть над «ящиком сокровищ», а Ирина Николаевна тяжело опустилась на крыльцо, держа в руке тускло блестевшие под солнцем шары. Она уже не смотрела на них – воспоминания вновь завладели её воображением, возвращая в милое прошлое…

***

Первенец в студенческой семье, маленькая Ирочка проживала с родителями, бабушкой и дедушкой, молодыми дядей и тётей, в трёхкомнатной «хрущёвке». Конечно, взрослым было тесновато, но ребёнка всё устраивало в этой семье – шумной и безалаберной, но очень дружной.

По рассказам родителей, вначале они пытались растить дочку «по Споку», то есть строго придерживаясь режима. Мама кормила Ирочку по часам, страшно боясь диспепсии от переедания, но детскому организму было наплевать на революционные педагогические идеи, и голодный младенец истошно кричал, требуя пищи. Бабушке категорически запретили докармливать внучку или брать её на руки, чтобы укачать перед сном, ведь суровый Спок убедительно писал о необходимости и пользе самостоятельного засыпания! Само собой, соска-пустышка у великого новатора тоже впала в немилость, как вредное наследие «дремучего» прошлого.

Молодые свято верили книжным советам, и ради блага ребёнка мужественно принимали горькую пилюлю в виде страданий всей семьи... Но очень скоро их суровость пожухла, как холодным градом, прибитая постоянным детским плачем, тем более что к слёзам Ирочки часто присоединялись непритворные слёзы бабушки. Её страдания и горестные причитания под дверью, за которой орал несчастный и голодный ребёнок, постепенно утихомирили родительскую ревность не по разуму, да и голос у младенца был пронзительный! Выдержав около полугода мучений «правильного» воспитания, молодые папа и мама махнули на Спока рукой, разрешили бабушке тетёшкать малышку и начали кормить её по требованию. Ребёнок быстро окреп и стал намного спокойнее («Как и следовало ожидать», – тихо напоминала бабушка). По достижении восьми месяцев её пристроили в ясли…

Ирочке там было весело, часто разучивали песенки, танцевали, воспитатели в основном – добрые, и всегда находилось, с кем поиграть общительному ребёнку. Но всё же оставаться дома вместе с близкими людьми малышка любила больше! Такое счастье на её долю выпадало редко, только в выходные дни.

Маленькая егоза весь день носилась по дому, иногда, впрочем, затихая рядом со взрослыми, если у них было для нее время. Особенно она любила посидеть в кухне рядом с бабушкой, рисуя что-нибудь цветными карандашами в тетрадке. Бабушка считала внучку вундеркиндом и искренне ахала и умилялась любым проявлениям её талантов. Ирочка уже знала, как можно впечатлить бабушку.

– Баба, смотри, я «Кошкин дом» нарисовала! – и внучка демонстрировала своё творчество.

Как выглядел этот «Кошкин дом» в исполнении малышки, можно себе представить: каляки-маляки, в которых с трудом узнавались черты книжных персонажей. Однако бабушка брала в руки рисунок внучки, подносила его к глазам и восхищалась:

– Ах, моя маленькая птичка, очень красивый рисунок! Это кто, кот Василий и тётя кошка?

– Не, баба, это же два котёнка! – уточняла Ирочка. – Видишь, как они улыбаются! Они же там самые добрые!

– Конечно, конечно, моя птиченька! – кивала бабушка и осторожно гладила внучку по голове, боясь запачкать мукой. – Они самые добрые, тётю свою в беде не бросили, ругаться с ней не стали…

И добавляла, всегда вздыхая:

– И ты будь доброй, птичка моя, помогай всем, жалей тех, кому плохо…

– Я жалею, баба! – с жаром уверяла Ирочка. – Я в садике всегда игрушками делюсь и нянечке убираться помогаю!..

Когда Иринке исполнилось шесть лет, родители получили кооперативную квартиру и отделились от старшего поколения. Конечно, Иришке было интересно на новом месте – радовал большой двор со множеством детей, с которыми она быстро сдружилась. Но вечерами Ирочка очень скучала по старой квартире, где было тесно и шумно, но уютно и весело. И она использовала каждую возможность напроситься пожить у бабушки.

Вскоре родилась сестрёнка, очень болезненная и беспокойная. Поэтому уставшая мама не противилась желанию старшей дочки и даже радовалась, что ребёнок получит недостающее внимание. А тут началась школа, впечатлительная первоклассница Иришка очень уставала от новых впечатлений и отдыхала душой в привычной атмосфере бабушкиной любви и заботы, напитываясь ими, чтобы с новыми силами вернуться в не всегда приветливый школьный мир.

Читайте «Кошкин дом»…

Летние каникулы, если не отправляли в пионерский лагерь, Иринка тоже проводила у бабушки с дедушкой. По мере взросления любовь Иры к бабушке не ослабевала, но её убеждения и поучения подверглись критическому анализу.

В детстве Иринка всем сердцем хотела быть доброй и, воспитанная на бабушкином примере человеколюбия, сама пыталась совершать хорошие поступки, помогать другим. Но не всегда её устраивали результаты такого поведения; огорчало, когда понимала, что ею беззастенчиво пользуются; тем более, родители, обеспокоенные «неотмирностью» своей дочери, вовсе не поддерживали её в «излишней» самоотдаче, а, по-своему желая ей добра, пытались научить жёсткости. Это Иринке не удавалось, хоть она и пыталась «быть крутой». Но чужая роль делала её смешной, даже нелепой, «крутости» не получалось. Постепенно свои добрые побуждения она стала считать слабостью и придумала им обесценивающее определение.

– Ну, опять этот «кошкин дом»! – хмыкала Ира, когда бабушка пыталась, как и прежде, склонять её на сторону добродетели, убеждала слушать свою совесть, не идти на поводу у толпы...

От доброты Иринка отказалась, а циничное, «крутое», популярное в их кругу поведение, повторюсь, не удавалось ей. Она терялась и не знала, как ей себя вести. Наступил непростой подростковый возраст…

Куда делась трепетная и чуткая девочка? Ссоры с родителями стали привычными, затяжные конфликты в очень недружном классе, быстрый рост, сутулость и куча комплексов по своей внешности превратили милую девочку во вспыльчивую истеричку. И только у бабушки и деда, в их уютном доме, куда Иринка по-прежнему прибегала «зализывать раны», она оттаивала и могла общаться со взрослыми более-менее спокойно, не ощетиниваясь, как ёжик…

Спала Иринка в одной комнате с бабушкой, на раскладушке, а бабушка – на большой железной кровати, той самой, шарики от которой нашёл Стёпушка. Ирине тоже нравились в детстве эти шары, иногда она откручивала их, чтобы попробовать поменять местами большие с маленькими, и так потеряла два кругляшка: наверное, закатились куда-то. Бабушка встревожилась, ведь кто-нибудь может наступить на них и подвернуть ногу, или маленькая сестрёнка Иришки найдёт и засунет в рот эти шарики. Иринка получила внушение и, огорчившись, ответила бабушке резко, о чём тут же пожалела.

Бабушка отмолчалась, но была в тот вечер притихшей, не похожей на себя, а перед сном Иринка ощутила из кухни запах бабушкиных сердечных капель. Сердце у неё сжалось, и она мигом оказалась в кухне.

Дед сидел за столом, вязал из тряпочек коврики – это было его последнее увлечение.

– Ишь, довела бабку-то до слёз! – неодобрительно хмыкнул он.

Дедушка тоже очень любил внучку, всегда вставал на её сторону в конфликтах с родителями, и поэтому услышать от него справедливое обличение в жестокости, было для Иринки особенно больно.

– Баб, извини, пожалуйста, – Иринка осторожно погладила бабушку по поникшей спине.

Та обернулась, и сердце Иришки резанули её светлая улыбка и слёзы на глазах.

– Что ты, птиченька моя, что ты, – засуетилась бабушка. – Вот и умница, извинилась, хорошая ты наша девочка!

А «хорошая девочка», дылда, на две головы выше бабушки, не знала, куда деться от пронизывающего чувства стыда.

Вскоре все улеглись спать. Иришка слышала: бабушка не спит – дыхание её было тихим, сдержанным, она будто думала о чём-то. В окне сияла луна, оставшиеся шарики блестели в её свете.

– Баб, я завтра с утра найду все шарики и прикручу обратно! – не выдержала Иринка.

– Что ты, Ирочка, спать давно пора! – встрепенулась бабушка. которая и вправду не спала.

– Да я сейчас усну, не волнуйся! – Иринка ещё немного прислушалась к тихому дыханию бабушки, и внезапно волна страха окатила сердце, и у неё непроизвольно вылетели слова: – Бабушка, ты же не умрёшь?

И тут же прикусила язык, и прижала к лицу одеяло, дабы не слышно было, что она плачет от стыда и ужаса.

Бабушка отозвалась не сразу; это тоже запомнилось Иринке. Не поторопилась успокоить внучку, перевести всё в шутку, как она иногда поступала, если считала, что с ребёнком о чём-то рано говорить. Бабушка помолчала и ответила неожиданно спокойно:

– Не бойся, моя птичка, сейчас я не умру, я ещё не очень старая, и не очень больная (Иринка почувствовала: бабушка улыбается). – Спи, моя птичка, моя добрая девочка.

Вскоре бабушка начала похрапывать, а Иринка долго не могла уснуть, казнясь в сердце за свою жестокость и твёрдо решив быть самой собой, какой её воспитывала бабушка, – прощать, помогать другим, делать добро и не стесняться этого. Пусть и странно, и смешно другим видеть такое поведение, но теперь Иринка уверилась: быть «крутой», точнее, дерзкой и наглой, она больше не хочет...

С тех пор прошло много лет. Ушли любимые Иринкины бабушка и дедушка, уехали в дальние страны дорогие дядя и тётя. Ирина вышла замуж, родились детки, потом появился первый внук Стёпушка. Много трудностей и испытаний выпало на долю Ирины; иногда являлось искушение озлобиться и стать, «как все», даже в зрелом возрасте... Но в последний момент Ира вспоминала бабушкину светлую улыбку сквозь слёзы и с отвращением отворачивалась от соблазна жестокости...

А мультфильм «Кошкин дом», казалось, прочно забытый, она посмотрела вновь, уже вместе с маленьким сыном, на видеокассете, и увидела сюжет старой сказки новым взглядом. Ирина с замиранием сердца глядела, как бывшие друзья поочерёдно и безжалостно отвернулись от несчастных погорельцев, уже «невыгодных» в качестве друзей, и те с трудом брели по снегу, в ночь и ветер. И прослезилась, умилившись великодушию сироток-котят, не помнивших зла и приютивших старую тётю-кошку вместе с её привратником.

– И правда, великое произведение! – с удивлением подумала она. – Сколько в нём мудрости, как замечательно рассказано о любви, верности и прощении!

И со светлой грустью, сдерживая вдруг подступившие слёзы, прошептала:

– Ты права, милая бабушка, добрым быть радостнее, чем злым...

Марина КУФИНА

Поделиться с друзьями: