положа руку на сердце

Люди-волки

Спину Славки будто жгло огнём, он громко стонал, то терял сознание, то вновь приходил в себя; связанные скотчем руки и ноги онемели. Его мучитель – худой бледный паренёк по кличке Тяпа – и не думал останавливаться. В заброшенное полуразвалившиеся здание на пустыре, куда никто из жителей окрестных домов не заглядывал, Славка пошёл в надежде заработать. Парни, заманившие его сюда, обещали 300 рублей: мол, надо перетащить кирпич к гаражам. Предложили выпить, повалили и начали бить. А потом…

Сидя на Славке, лежащем лицом вниз на пожухлой осенней траве, Тяпа, сопя и хихикая, ножом вырезал на его спине крест.

– Сделаем из тебя крестоносца, бомжик, – приговаривал он, широко улыбаясь на каждый стон Славки. Занятие доставляло Тяпе удовольствие. Периодически он прикладывался к жестяной банке с алкогольным пойлом. Рядом, уронив косматую голову на бревно, дремал приятель Тяпы Медвед – здоровенный парняга весом в центнер и под два метра ростом, с разумом десятилетнего ребёнка.

Погружаясь во мрак от болевого шока, Славка вдруг вспомнил молитву, одну-единственную, которую слышал в своей жизни. Её часто повторяла бабушка Глаша, техничка его детдома. «Божечка, сохрани, спаси, помилуй», – из последних сил Славка мысленно обратился к Тому, в Кого раньше не верил.

Люди-волки

– Э, ты чо делаешь-то, урод! – вдруг вскрикнул проснувшийся Медвед, и неожиданно с размаха отвесил Тяпе оплеуху. Потом зло вырвал из тонких пальцев нож и спихнул приятеля со спины Славки. Банка с коктейлем упала наземь, зелье быстрой струйкой вытекало в пыль, смешиваясь с лужицей Славкиной крови.

– Ты дебил, Медвед, это ж бомж, они не люди, ещё и банку уронил, – загундосил ошарашенный нападением Тяпа, быстро отползая на четвереньках в сторону. – Сам же сказал, пошли бомжиков попинаем, поржём.

– То попинаем, а то спину резать, как фашисты! – От гнева Медвед побагровел, брызгал слюной и схватил обломок кирпича, замахиваясь на Тяпу. – Размозжу тупую башку твою щас!! Как узнают, дразнить нас станут фашистами! Оно надо?

Поняв, что продолжения веселья ждать не стоит, юркий Тяпа вскочил и побежал из развалин, крикнув с безопасного расстояния:

– От ты дебил, Медвед, конченый ты дебил, всё теперь тебе!!

Отбросив кирпич, тяжело вздыхая и бормоча что-то под нос, Медвед подобрал ножик и обрезал на бесчувственном Славке клейкие путы. Затем оттащил его к бревну…. достал из своего кармана мятую тысячную бумажку, украденную утром из кошелька пьяного «в ноль» отчима, и, бросив рядом с бездыханным Славкой, зашагал нетвёрдой походкой прочь. С рассветом Славка пришёл в себя и добрёл до травмопункта, где суровый пожилой врач, повидавший виды, ахнул: «Озверели совсем, не люди, а волки», – обработал и перевязал ему раны.

Елена ЕСАУЛОВА

Рисунки Виктора САНЬКО

Читать продолжение >>

Поделиться с друзьями: