положа руку на сердце

Не бойся!

Несколько лет назад я перенесла лечение тяжёлого заболевания, поистине чудом, по молитвам многих моих друзей и Церкви, вошла в ремиссию, но всё же часто чувствую себя так, будто во мне сидит осколок, который может «сдвинуться», а может и пролежать тихо, не беспокоя... Иногда я совершенно забываю об этом «осколке», но вспомнить о нём приходится, когда настаёт пора сдавать анализы и проходить обследования.

Однажды они пришлись ровно на Страстную седмицу. Я даже рада была этому, думая, что хоть как-то приобщусь к Великой неделе Страданий Спасителя... Конечно, проходить такую проверку всегда страшно, а на этот раз нервы были расшатаны ещё и переживаниями по работе и в семье. Вообще, я пыталась шутить, что пост проходит «как надо», то есть в покаянии, и старалась принимать все неприятности и искушения как «достойное по делам своим». Причащалась, соборовалась, но на исходе поста силы были на исходе... Буквально считала дни, ожидая прихода Пасхи...

Обследования я прошла, результаты получила. Слава Богу, всё было в норме. И лишь одно омрачало радость — непредсказуемость результата последнего, очень серьёзного исследования — его я должна была узнать лишь во вторник Светлой седмицы...

Однако душа пела: «Христос воскресе!», и меня наполняло ликование и требовало разделить его с другими. Выходные, которые в том году совпали с первомайскими праздниками, были наполнены праздничными застольями, посещением друзей и просто отдыхом. Всё во мне будто бы успокоилось, но в понедельник вечером страх вспыхнул с прежней силой — и пришла бессонница со своим неизменным спутником — унынием...

Результаты выдавали лишь после пяти вечера. Весь день я пыталась отвлечься на различные дела, читала молитвы, конечно, просила молитв у своего духовного отца и знала, что в церкви за меня читают сорокоуст. Но вновь и вновь соскальзывала в пучину липкого страха и думала: «Смотри, чтоб тебе раньше смерти-то не умереть!»

Добравшись до клиники, на ватных ногах, с колотящимся сердцем, стала в очередь. Казалось, что если увижу в заключении что-то пугающее, то могу не выдержать — просто упаду...

Получила пакет и медленно достала из него листы с заключением врачей: «Без изменений, отрицательной динамики не обнаружено». Сложила листы в конверт и так же медленно вышла на улицу.

Страх отпустил, но спокойствие так и не вернулось. Организм, привыкший к стрессу последних дней, не собирался приходить в норму так быстро. Сердце по-прежнему стучало с перебоями, голова болела. «Сейчас Светлая седмица, а я не радуюсь. Называю себя христианкой, а всего боюсь, — значит, не доверяю Богу. Где же вера моя?» — крутилось в голове, пока я шла домой.

Немного очнувшись от дум, обнаружила, что стою против храма, в который очень редко заглядывала, предпочитая ходить в другой, ближе к дому. Решила войти, надеясь, что ещё успею подать записки на Литургию следующего дня.

Не бойся!

Вошла в полутёмную церковь. За прилавком — пожилая женщина, рядом — то ли дьякон, то ли священник, я не поняла кто, поэтому не подошла под благословение, хотя обычно делаю это. Подавленная мрачными мыслями, я лишь мельком взглянула на него и обратилась к бабушке.

— А можно подать записки на завтра?

— Конечно, пишите! И за здравие, и за упокой! — с готовностью ответила она, и я начала писать.

— Сестра, у вас кто-то умер? — услышала я голос священнослужителя. Подняла голову, и меня буквально озарила его улыбка. Она была такой доброй, радостной! В глазах этого молодого священника я увидела искреннее расположение и участие… То, что это иерей, выяснилось вскоре.

— Нет, никто не умер, — ответила я, — то есть, умерли, но раньше...

Я немного запуталась, а батюшка всё в той же пасхальной радости продолжал:

— Как вас зовут?

— Марина, — и в свою очередь спросила, — а вас как?

— Отец Андрей, — услышала я и решилась подойти за благословением.

— Христос воскресе! — радостно произнёс отец Андрей и преподал мне пастырское благословение.

— Воистину воскресе! — с радостью ответила ему я.

Не бойся!

Батюшка стал меня о чём-то спрашивать — я отвечала. Кажется, рассказала о том, в какую церковь хожу, потом он спросил о детях... Ничего особенного, но тоска душевная постепенно разжимала свои тиски, и сердце стало биться ровнее... А отец Андрей протянул мне коробку конфет и, улыбаясь, сказал:

— Вот вам, Марина, к празднику!

— Спасибо, батюшка! — поклонилась я с искренней благодарностью — не за конфеты… А за участие и приветливость, за покой и радость, которые вернулись в мою душу... И решилась попросить и его о молитве:

— Отец Андрей, помолитесь о моих детках, Дионисии и Марии!

Он пообещал. Я продолжила писать записки (всегда пишу их много), а батюшка пошёл к выходу. Но вдруг, остановившись, уточнил имена тех, за кого я попросила молиться, поклонился мне на прощание и продолжил свой путь. Я же запоздало крикнула ему вослед:

— И обо мне, отец Андрей, помолитесь, о Марине! Как о болящей…

— Конечно, помолюсь о всех вас, сестра! Как раз завтра буду служить!

Когда я вышла на улицу, душа моя была безмятежно спокойна и полна мира, как после благоговейного Причастия… И вот тогда сама по себе возникла мысль: «Господь послал Ангела Своего мне в утешение».

Не бойся!

Нет, я не впала в прелесть и понимаю, что отец Андрей — реальный человек, штатный священник конкретного храма, но думаю, что не так уж и погрешила против истины, считая, что Господь послал мне Ангела! Он послал верного слугу Своего, который, щедро поделившись со мной любовью о Господе, утешил меня в унынии, одарил ликующей радостью Пасхи и этим вновь напомнил о Божием милосердии и о победе Жизни над смертью! Ведь поистине воскресило мою душу его простое, но искреннее участие…

Казалось бы, такая малость — всего лишь участие… Но как сказал святитель Иоанн Златоуст, «хотя бы дар был и мал, он становится велик потому, что дарован Богом». И в сердце, получившем утешение от Господа, вновь и вновь звучат слова Христа: «Не бойся, малое стадо! ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство».

Марина КУФИНА, г. Новосибирск

21.04.2020

Поделиться с друзьями: